Сергей Яковенко продолжает, начатую в прошлой программе беседу с профессором Владимиром Петровичем Морозовым о его авторской теории резонансного пения. Из этой программы Вы узнаете о загадочной точке Морана, что находится в области нашего твердого нёба, и о ее значении для серьезного певца, а еще о поразительных ощущениях, когда звук может сочиться из глаз или висеть на кончике носа…

О феномене полетности: «Есть голоса, которые вас могут буквально оглушить, подавить своей мощью в небольшом помещении. Но когда такой голос, бас или баритон, выходит на сцену – не слышно. <…> Это и есть совершенно фантастическое важное свойство певческого голоса. Еще итальянские дирижеры произносили такой термин – «metallo falso» (русск. «ложный металл). Он даже звенит, вроде у него есть форманта, но он не летит в зал. Он тонет в оркестровой яме. В чем дело?

Вот мне довелось однажды слушать тенора Толини. Гастролер итальянской оперы прекрасно звучит - все слышно, все ярко! И вот мы в антракте, я помню, подошли: "Маэстро, спасибо Вам! Мы в восторге! Может, Вы поделитесь секретом, как Вы это поете"? Ну, он так очень вальяжно разрешил нам потрогать, как он дышит и прочее. Мы просим: "Ну, спойте, Маэстро"! Он спел. Мы: "Маэстро, ну, пожалуйста, спойте полным голосом, как Вы пели, когда мы Вам аплодировали". Он говорит: "А я так и пою". Фантастика! Даже Джанни Раймонди говорил, что если вам хорошо слышно в маленьком помещении – это первый признак того, что вы не будете слышны в зале».

 

О спектральном анализе голоса: «Сначала мы заподозрили, что здесь роль высокой певческой форманты является важной. И мы посвятили очень много исследований этой теме. Да, это так, высокая певческая форманта обеспечивает полетность певческого голоса. Но все-таки, если мы возьмем звук высокой певческой форманты и воспроизведем его на сцене, то уверяю вас, что он не дойдет до многих слушателей – оркестр его заглушит. Здесь я привожу пример копья. Высокая певческая форманта – это наконечник копья. А низкая – его древко. Если бы охотники пользовались одним копьем, вряд ли бы они смогли одолеть даже мелкое животное. А вот древковым оружием богатыри в средние века на турнирах друг друга пронзали и даже латы пробивали. Значит, это самое древко – это и есть низкая певческая форманта. И сейчас выяснилось, что это гармоническое соотношение между высокими и низкими певческими формантами и является секретом полетности звука».

 

О практическом применении резонансной теории: «Высокая форманта и низкая форманта – что это такое? Это ведь не просто акустический звук – это отражение работы резонаторов. <…> Резонансная теория имеет пять выводов, которые нацелены на практику. Здесь есть очень хороший способ контролировать резонансный процесс голосового аппарата. Можно контролировать и с помощью слуха. Но слух наш не безупречен в отношении контроля собственного голоса. Знаменитая сегодня американская певица Рене Флеминг говорит: «Мы не слышим себя, особенно на сцене. Как бы я хотела свои уши отделить от своего тела и поместить где-то в конце зала. Но это невозможно, и мы вынуждены поручать роль своих ушей тем, кому мы доверяем». А почему так происходит? Мы же голос свой слышим не только снаружи, но и изнутри. Вот заткните уши и вы услышите себя – там же барабанный бой получается, потому что он попадает в слуховые органы с других концов. Поэтому тембр совершенно иной. Когда человек в первый раз слышит свои записи на магнитофоне, он всегда удивляется: «Да это не мой голос! Неужели я так говорю»? Да, это вы.

Так вот есть у нас один специфический орган чувств, который единственный не подвержен ни шуму, ни этому эффекту «чужих ушей». Это – вибрационная чувствительность. Когда работают резонаторы, у нас все вибрирует, все дрожит. Есть специальные зоны, которые, особенно  при хорошем резонансном пении, фокусировано ощущаются певцом. <…> Здесь работает вибрационная чувствительность. На кончике носа, также как и на пальцах, есть рецепторы, то есть маленькие «датчики», которые воспринимают различного рода воздействия, в том числе вибрационные. И ими выстланы все наши резонаторные полости – они есть и в трахее легких, и на нёбе. Они-то и воспринимают эту вибрацию, и певец может по этим вибрациям уже регулировать сам процесс резонанса. <…> Резонанс способен мосты ломать, но он никогда не повредит вашему голосу…»