Рецензии и репортажи

 

 

Дата выпуска: 09.10.2018

Kremlin Gala «Звёзды балета XXI века» состоялся в Кремлевском Дворце 7 октября. Среди участников — талантливые хореографы и звездные исполнители: прима-балерина Гамбургского балета Сильвия Аццони, танцовщик и хореограф Марсело Гомес, премьер театра «Ла Скала» и Американского театра балета Роберто Болле, ведущие солисты Большого театра Алена Ковалева и Якопо Тисси, премьер Михайловского театра Иван Васильев, заслуженная артистка России Нина Капцова, премьер Мариинского театра Владимир Шкляров и другие.

Зрители увидели работы выдающихся хореографов 20 и 21 столетий: Джорджа Баланчина, Мориса Бежара, Ханса Ван Манена, Бориса Эйфмана, Начо Дуато, лучшие образцы классического балетного наследия. В их числе реконструкция Василия Медведева балета Минкуса «Посвящение Петипа» или, например, Pas de Dian балета Пуни «Эсмеральда». Кроме того — возобновление редких номеров, которые не показывались на московской сцене нескольких десятилетий. Например, «Влюбленный солдат» Мориса Бежара, исполненный в России впервые за 30 лет. Репортаж Ирины Тушинцевой.

Kremlin Gala «Звёзды балета XXI века» — это уникальное событие, объединяющее в один вечер и на одной сцене беспрецедентное количество артистов из разных стран, как уже признанных, так и восходящих звезд мирового балета. Это событие, которое сочетает в своих программах классическую и авангардную хореографию и представляет российскому зрителю мировые премьеры работ ведущих балетмейстеров современности.

Кремлин-гала этого года — уже девятый по счету концерт. Старт проекту положили в 2010-м. Так что смело уже можно говорить о доброй сложившейся традиции ежегодного балетного смотра.

Собрать вместе такое количество звезд — задача непростая. Ещё сложнее определиться со смысловым вектором концерта. Для этого на проекте работают консультанты — профессионалы и эксперты балета. В 2018 ими стали заслуженный артист Эстонии и блестящий хореограф Василий Медведев, премьер Государственного балета Берлина Михаил Канискин, главный редактор La Personne Ballet Magazine Алиса Асланова и заслуженная артистка РФ Алла Сигалова, которая, кроме всего прочего, была еще и ведущей вечера.

И. Тушинцева: Алла Михайловна, очень приятно видеть вас здесь сегодня в качестве ведущей. Как вы ощущаете себя в этом амплуа на Kremlin Gala?

А. Сигалова: Я немножечко с корабля на бал. Позавчера у меня прошла премьера в Риге – «My Fair Lady». Я очень давно не была в Москве и ощущаю себя как гостья. Вообще, я рада, что я могла видеть сегодняшнюю репетицию. Собраны потрясающие артисты, звёзды. Потрясающая берлинская школа, детки замечательные, невероятные. Это событие. Это всегда событие. Это каждый год событие – праздник балета.

И. Тушинцева: Вы значитесь как консультант программы этого события. В чём заключалась ваша функция? Что конкретно вы советовали, что отбирали для программы?

А. Сигалова: У нас был костяк из нескольких человек. Мы смотрели новые номера, думали, кого пригласить, формировали программу. Это была долгая, большая работа, тем более что все, кто ею занимался, живут в разных странах, и собрать нас по скайпу было достаточно сложно. Но мы всё-таки собирались, обсуждали, иногда разговаривали по два часа – такие долгие были конференции. Очень приятно, что все мы были единодушны. Это очень важно.

И. Тушинцева: Наверное, это редко бывает, ведь мир балета сегодня невероятно разнообразен. Как выбрать номера для одного вечера? Есть ли в этом году какая-то генеральная идея?

А. Сигалова: Я думаю, тут надо понимать формат. Здесь не может быть слишком авангардных вещей, на мой взгляд. Мы вместе это очень хорошо понимали и, как мне кажется, шли по правильной, хоть и очень тонкой дорожке. И в результате выстроилась потрясающая программа и по хореографическим номерам, и по исполнителям.

И. Тушинцева: Европа и Америка делают акцент скорее на авангардном балете, чем на классике? Или нет?

А. Сигалова: Такого нет. Если ты хочешь купить молоко, ты идёшь в молочный магазин. Если ты хочешь купить хлеб, ты идёшь в хлебный. Ты не пойдёшь в овощной за кефиром. У каждого направления, у каждого течения есть свой зритель. И очень часто эти направления перемешиваются, диффундируют. Но и зрители приходят абсолютно разные, потому что одному нравится только это, а другому только это. Хореографический мир настолько разнообразен, что не может быть человека, который поглощал бы всё, что делается в хореографическом театре на сегодняшний день.

И. Тушинцева: Глядя на программу Kremlin Gala, кажется, что современных течений здесь очень много, а вес сугубо классических номеров не столь значителен. Скажем, номер, которым открылся концерт, – реконструкция хореографии Мариуса Петипа. С чем, на ваш взгляд, связана эта тенденция?

А. Сигалова: С тем, что балет развивается, слава богу. Конечно, нам всем очень хочется, чтобы пришёл какой-то новый Мариус Петипа и взорвал ситуацию, повёл в новый театр. Пока этого не происходит, пока нет такого человека. Но мы очень ждём. Поэтому мы и воспитываем новых хореографов, выращиваем новых исполнителей и надеемся, что такой человек появится. Во всём мире престиж балетного искусства сильно упал. И поэтому нам очень нужен новый Мариус Петипа.

Многие из тех мастеров хореографического слова, что участвуют в Кремлин-гала, по степени масштабности и глубины своей работы могли бы претендовать на соседство на пьедестале с великим Петипа. Например, Борис Эйфман: яркий, ни на кого не похожий, предельно экспрессивный и немыслимо сложный для исполнения. О своем наставнике и учителе — Борисе Эйфмане — говорит артистка театра Эйфмана Дарья Резник. В гала-концерте она вместе с Игорем Субботиным исполняла Адажио из балета Эйфмана «Анна Каренина» на музыку Чайковского.

Д. Резник: Мы исполняем дуэт из балета «Анна Каренина». Мой Вронский – это Игорь Субботин, а я исполняю роль Анны. Это «синий дуэт» – дуэт разлуки Анны и Вронского. Грустный, лирический дуэт, но очень красивый.

И. Тушинцева: И хореография Бориса Эйфмана?

Д. Резник: Бориса Эйфмана.

И. Тушинцева: Расскажите как солистка его театра: тяжело танцевать то, что придумывает Борис Яковлевич?

Д. Резник: Тяжело, конечно. Но это настолько красиво! Я чувствую, что это моё, что мне это по душе. Все его балеты такие чувственные, и я счастлива работать у него.

И. Тушинцева: Вы перетанцевали огромный репертуар: вы знаете классику, современный танец и отдельную хореографию – то, что именуется Театром Бориса Эйфмана. Чем он выделяется с точки зрения пластики?

Д. Резник: Тем, что он выражает эмоцию души через пластику тела. Каждое движение показывает какую-то эмоцию человека.

И. Тушинцева: Работа с партнёром в хореографии Бориса Эйфмана отличается от традиционных классических pas de deux?

Д. Резник: Конечно: сложные поддержки, сложные переходы. Когда ты только приходишь в театр, довольно трудно влиться в эту хореографию.

И. Тушинцева: На ваш взгляд, первоначальна по замыслу хореографическая фантазия Бориса Эйфмана или он всё же отталкивается от той музыки, на которую ставит балет?

Д. Резник: Я думаю, он отталкивается от музыки и ставит на неё хореографию.

Кремлин-гала тем и хорош, что втягивает зрителя в чудесный водоворот современного мира балета, в котором, как кажется, есть все: и любимая классика канонических па-де-де, и переосмысления традиций прошлого, и совсем новая балетная пластика, рожденная не в недрах пяти классических позиций, а возникшая из всевозможных национально-модернистских увлечений 20 века.

Вот, скажем, любимец публики, бразильский танцовщик Марсело Гомес — в прошлом — премьер Американского балета: идеально сложенный красавец, которому в области танца подвластно абсолютно все. На сцене он и... скрипач Никита Борисоглебский — играют и пластически «рисуют» музыку 24-го каприса Паганини. О том, как это было, рассказывает заслуженный артист России Никита Борисоглебский.

Н. Борисоглебский: Интересный был эксперимент. Мне самому немножко необычно здесь быть: и формат не вполне классический, и место не вполне привычное для классических музыкантов. В прошлом году я участвовал в подобном мероприятии в Питере. То был мой первый опыт. Сейчас, получается, второй. И в этот раз я получил больше удовольствия, потому что я уже знал, чего ожидать, знал, что будет очень интересно. Марсело – замечательный танцор, и он здорово сделал номер на Каприс Паганини.

И. Тушинцева: То есть это целиком его хореография? В данном случае ты подчинялся его идеям?

Н. Борисоглебский: Да, идеи его, хореография его. Но, как он объяснил мне в самом начале, этот номер, скорее, реакция его тела на музыку. Первооснова – музыка, импульс – скрипка, а его реакция выражается в его движениях, в его теле.

И. Тушинцева: Было заметно, что он реагирует на все вариации Двадцать четвёртого каприса и своим телом передаёт их. А твоя инициатива – хореографическая или музыкальная – присутствовала?

Н. Борисоглебский: В том, что касается сцены, передвижения, он всё-таки больший профессионал, чем я. Исходя из того, какая его общая идея и что ему хотелось бы выразить, мы обсудили какие-то шуточки и попытались представить всё это на сцене.

И. Тушинцева: На самом деле ты выглядел как барочный скрипач, слегка пританцовывающий под музыку Паганини.

Н. Борисоглебский: Как барочный? Ну что же, музыка старая, почти барочная.

Среди звезд первой величины на Кремлин-гала-2018 — безусловно, премьер театра Ла Скала и Американского балета Роберто Болле. О классике и модерне мы с ним поговорили буквально за несколько минут до выступления.

И. Тушинцева: Роберто, мы очень рады, что вы сегодня принимаете участие в этом концерте. Расскажите, кто вас пригласил, как вы в этот вечер оказались в Кремле?

Р. Болле: Я участвую в Kremlin Gala уже в третий раз, поэтому я знаком с организаторами. И я очень рад, что меня пригласили и я буду выступать среди великих артистов. Это огромная честь для меня, потому что здесь собраны танцоры, которые гастролируют по всему миру. Собственно, я буду исполнять два номера: в первой и во второй части. В первой части будет более классический номер, а во второй – скорее контемпорари, более новый, современный. Мы ожидаем, что мы поразим наших зрителей.

И. Тушинцева: Насколько я поняла, публику ожидает шок. А вы лично как танцор, как солист предпочитаете классику или авангард?

Р. Болле: Я предпочитаю всё-таки современный танец. Я уважаю классический танец, но он должен быть очень выверенным, чётким, сдержанным в движениях. А если мы говорим о современной хореографии, то здесь мы можем позволить себе больше: поиграть с музыкой, с движением, с телом, с эффектами. Поэтому однозначно современная хореография.

И. Тушинцева: На ваш профессиональный взгляд, возможно ли танцевать современную хореографию, не имея классической базы?

Р. Болле: Я считаю, что это возможно, но всё же классическая подготовка очень важна. Когда у артиста есть классическая база, он в дальнейшем может позволить себе гораздо больше: уйти в различные направления, попробовать себя в чём-то другом.

И. Тушинцева: Я с вами абсолютно согласна. Но всё-таки задам вопрос: бывают ли случаи, когда вы чувствуете, что классика мешает и необходим другой подход?

Р. Болле: Когда я окончил академию, мне потребовалось три-четыре года, чтобы выверить свои движения. Они были настолько чёткими! Но когда мы говорим о контемпорари, танцевальные движения исполняются совершенно по-другому.

И. Тушинцева: Расскажите, пожалуйста, о двух ваших номерах. Это сюжетные номера или так называемый абстрактный балет, где движение самоценно?

Р. Болле: Первый номер – в сфере диджитал: мы будем отражать все исполняемые движения на экране, который находится сзади нас. В Кремле очень красивая сцена, и мы благодарны, что у нас есть такая возможность совместить диджитал и классическое исполнение балета. А второй номер – контемпорари. Мы хотим, чтобы зрители сфокусировались на нас, на наших движениях. Тут всё будет зависеть от нашего исполнения и от тела.

Вообще, классический танец — вещь самодостаточная и, по сути, не нуждающаяся в сюжете. Его смысл — в абсолютной красоте, достигаемой при помощи идеальных линий, элевации, безупречности мелкой техники. Но когда на помощь танцору приходят еще и новые технологии, то все происходящее на сцене превращается уже в некое действо, безошибочно воздействующее на зрителя движением, светом и цветом. Об этом и говорил Роберто Болле. Один из его номеров на Кремлин-гала — «Проходя через свет» — на музыку Канона Пахельбеля — в хореографии Массимилиано Вольпини и с видеопроекцией Дмитрия Симкина. Установленная на сцене инфракрасная камера «запоминает» и с задержкой в 2 секунды проецирует движения танцовщика на экран. А сам танец Роберто Болле, кружащегося то во всполохах пламени, то окунающегося в бездны океана, — производит неизгладимое впечатление.

Ну а теперь о «главном»: о тех, кто воплощает проект Кремлин-гала в жизнь. Это, во-первых, дирекция Кремлевского дворца во главе с народным артистом РФ Петром Шаболтаем, а во-вторых — генеральный продюсер проекта, глава Фонда в поддержку культуры и искусства, народный артист России и по совместительству всенародный любимец Владимир Винокур. 

И. Тушинцева: Владимир Натанович, как родился Kremlin Gala? Из вашей любви к балету?

В. Винокур: Конечно, из любви к балету. Но не я это придумал. Это было и раньше. Правда, много сезонов подряд это делаю я со своим партнёром – Михаилом Шейниным. Мне очень приятно, что это событие вызвало такой ажиотаж, такое внимание. Приезжают звёзды мира: и Питер, и Москва, и Большой театр, и Мариинка – все участвуют. И это настоящий праздник. И не просто праздник, а победа русского балета над миром. Мировые звёзды приезжают, а в их театрах звёзды наши.

И. Тушинцева: И педагоги наши.

В. Винокур: И педагоги, и балетмейстеры.

И. Тушинцева: А от года в год, на ваш взгляд, проект меняется в лучшую сторону?

В. Винокур: Меняется. В этом году он дал большой скачок и по массовости. И, конечно, много внимания проекту уделяет администрация Кремля, этого прекрасного зала, и Пётр Михайлович Шаболтай каждый год помогает нам. Я хочу похвалиться, что с Петром Михайловичем мы знакомы не один год, а пятьдесят лет – служили в армии вместе.

И. Тушинцева: Владимир Натанович, для аудитории радио «Орфей» – радио классической музыки – можно от вас услышать анекдот или весёлую историю из мира балета?

В. Винокур: Есть, конечно, анекдот, но он не балетный. У меня Настя всё-таки и мама, и балерина. Настя балерина, я артист. Вот два друга встречаются, один другому говорит: «Фима, смотри, у тебя прадедушка был гинеколог, папа – гинеколог, ты сам – гинеколог, сын учится на гинеколога. У вас что – династия?» Тот говорит: «Нет, наглядеться не можем». Вот мы наглядеться не можем на балет.

Откровенно говоря, налюбоваться на балет невозможно. Можно только продолжать лелеять в себе уникальную, искреннюю и преданную страсть к этому великому искусству. А уж какая форма современного балета ближе — выбирать вам, друзья. Благо, что сегодня это не проблема.


Фото предоставлены пресс-службой Kremlin Gala «Звёзды балета XXI века»