Интервью

 

Дата выпуска: 15.09.2017

Если вы думаете, что начало сентября – это мёртвый сезон и меломану остается лишь сидеть на грядках, слушая любимые диски, то вы ошибаетесь. Приезжайте в это время в Иерусалим, там уже 20-й раз публика наслаждается ежедневными (а в выходные дни – двумя) концертами Международного фестиваля камерной музыки.

Организатор и бессменный артдиректор этого очень интересного и насыщенного форума – известная пианистка Елена Башкирова.

10 дней жители города и его гости могут наслаждаться искусством настоящих звёзд из разных стран. Все они играют абсолютно бесплатно и все они, исполнив свою часть программы в концерте, с удовольствием остаются слушать  своих коллег. Весь год у них плотных график, а встреча в Иерусалиме всегда долгожданна и радостна.

В Иерусалим ведущую радио «Орфей» Фаину Коган пригласил оргкомитет фестиваля и иерусалимский пресс-клуб. Международный фестиваль камерной музыки проходил с 31 августа по 9 сентября, и за 10 дней наша коллега услышала 14 концертов, а также побеседовала с артдиректором фестиваля Еленой Башкировой и некоторыми другими музыкантами.


ПИАНИСТКА ЕЛЕНА БАШКИРОВА
АРТИСТИЧЕСКИЙ ДИРЕКТОР
ИЕРУСАЛИМСКОГО МЕЖДУНАРОДНОГО ФЕСТИВАЛЯ КАМЕРНОЙ МУЗЫКИ

Я не задумывала собственный фестиваль и уж тем более никак не собиралась проводить его в Иерусалиме. Идея фестиваля родилась совершенно случайно. Получилось так, что я в очередной раз попала сюда на концерт, и в разговорах со мной мои коллеги музыканты, журналисты и любители музыки жаловались, что в Иерусалиме постепенно исчезает классическая музыка.

Меня это очень тронуло, и в какой-то момент я начала задумываться об организации фестиваля. Буквально через день после этих бесед я связалась с некоторыми музыкантами. И все они были в восторге от этой идеи, как будто она уже давно витала в воздухе, но никто просто не решался её реализовать.

Первыми музыкантами, с которыми я переговорила, были Миша Майский и Ефим Бронфман. Мы сразу же решили пригласить в Иерусалим лучших музыкантов, которых мы знаем. И вот уже двадцатый раз мы проводим наш фестиваль, и за это время здесь побывала масса замечательных артистов. Мы не предоставляем исполнителям ни карьерных, ни финансовых возможностей. Это мероприятие делается, что называется, от души и для души.

В программе фестиваля обязательно наличие современных произведений. Необходимо составлять программу концертов таким образом, чтобы люди не только слушали уже известные им вещи, которые наполняют их спокойствием, но и испытывали радость открытия нового. Важно не только узнавание, но и познавание. Это ставит перед слушателями специальные задачи и показывает, какую музыку пишут сейчас. Это как гимнастика для ума. Если мы как музыканты не развиваем себя, то мы постепенно стареем и уходим в «ничего». Нам нужно познавать иной музыкальный язык и учить этому публику. Не все это любят. Но я считаю, что это наш долг.

География фестиваля охватывает не только Иерусалим. Уже в течение многих лет, с самого начала фестиваля, мы формируем маленькие группы музыкантов и организуем турне. А ещё мы проводим настоящий фестиваль в Берлине. Я называю его «маленьким братиком». Кстати, теперь он не такой уж и маленький: он включает в себя 6 концертов. Фактически это продолжение иерусалимского фестиваля: частично повторяются программы, частично совпадает состав участников. Таким образом, в течение года создаётся своеобразный баланс: в апреле – фестиваль в Еврейском музее в Берлине, в сентябре – в Иерусалиме.

Я была бы очень рада привезти несколько концертов нынешнего фестиваля в Москву. Но для этого нужен организатор. У меня в этом смысле мало связей. Публика, которая посетила наши прежние московские концерты, получила огромное удовольствие. И я надеюсь, что это повторится вновь.


ВИОЛОНЧЕЛИСТ АЛЕКСАНДР КНЯЗЕВ

На иерусалимский Фестиваль камерной музыки я приглашён уже в четвёртый раз. Во-первых, этот фестиваль привлекает меня высочайшим уровнем музыкантов, которые здесь играют. Быть в компании с музыкантами топ-уровня для меня большое счастье и большая честь. Каждый год приносит удивительные встречи с потрясающими партнёрами. К примеру, Елена очень часто приглашает музыкантов Берлинского филармонического оркестра. Играть с ними – одно наслаждение.

Во-вторых, дух фестиваля невероятно творческий. Здесь царствует камерная музыка, которую я обожаю. Я в своей жизни достаточно много играю с оркестром и мечтаю исполнять побольше камерной музыки, и здесь эта мечта сбывается. На фестивале я переиграл много камерной музыки, причём и такой, которая прежде проходила мимо моего внимания. Кроме того, здесь очень тёплая, внимательная и образованная публика. Достаточно лишь одного значимого, высокого персонажа (в данном случае это один из лучших оркестров мира – Израильский филармонический оркестр во главе с феноменальнейшим дирижёром Зубином Метой), чтобы значительно повысить уровень музыкальной образованности. Я ощущаю невероятный энтузиазм зрителей к музыке.

Программа фестиваля довольно сложная, насыщенная, каждый день – по два концерта, очень много современной музыки. И далеко не каждая публика с этим справится. В общем, мне нравится этот фестиваль, этот город, эта страна. Мне здесь хорошо. И я надеюсь, что в следующем году я приеду снова.


СКРИПАЧ МИХАЭЛЬ БАРЕНБОЙМ

Международный фестиваль камерной музыки в Иерусалиме всегда отличается очень интересными программами. На этом фестивале можно учиться. Я сижу буквально на всех концертах, если только не выступаю сам. И почти каждый вечер я слышу музыку, которая мне неизвестна. Это и классика, и произведения композиторов XX века.

Сам я исполнял на фестивале современную музыку. На мой взгляд, очень важно сделать её доступной для слушателя. Например, произведение Берио, в исполнении которого я участвовал, построено на экстремальных контрастах: очень громко или очень тихо, очень медленно или очень быстро. Это безумно трудно играть. Чтобы такая музыка не звучала как хаотичный поток ритма, нужно найти в ней определённую линию, разделить на относительно крупные законченные фрагменты, прояснить для себя структуру сочинения. Если сам исполнитель понимает заложенную в произведении структуру, тогда и слушатель сможет понять и ясно воспринять её.

Другое произведение – Трио Веберна op. 20 – длится всего 10 минут. Но для репетиций требуется не менее 20–30 часов. Нужно выверять буквально каждую ноту. Ничего труднее я ещё не встречал. Я даже попросил больше репетиций, потому что если недоработать эту пьесу, то её невозможно вынести на сцену.


АРФИСТКА ЮЛИЯ РОВИНСКАЯ

Музыканты ничего не выбирают. Программу фестиваля составляют сами организаторы. Конечно, бывают форс-мажоры, и тогда мы сами предлагаем какие-то замены. Но в основном мы приезжаем и получаем почасовое расписание: какие произведения мы играем, когда и с кем у нас репетиции.

Я с удовольствием играю всё, что мне предлагают. Я ведь оркестровый музыкант: что нам поставили на пульт, то мы и играем. На фестивале мы имеем возможность исполнять любимую камерную музыку. А с такими музыкантами, которые приезжают сюда, можно играть всё, что угодно. Даже «Чижика-пыжика».

В Израиле насчитывается 10 или 15 клубов камерной музыки. Люди очень любят приглашать нас на домашние концерты. У нас это очень развито. И это самое лучшее, что можно придумать, – возможность общения с публикой прямо в комнате. Камерная музыка должна звучать именно в комнате. А с арфой очень удобно приезжать туда, где нет рояля. И всегда найдутся мужчины, которые помогут донести тяжёлый инструмент. 


ВИОЛОНЧЕЛИСТ ПАБЛО ФЕРРАНДЕС

Я уже второй раз на фестивале. Я влюблён и в фестиваль, и в Иерусалим. Это магическое место, и поэтому в нынешнем году я захотел приехать сюда ещё раз.

Я исполнял Трио Аренского. Раньше я его не знал, но сейчас просто им очарован! Вообще, русская музыка близка моему сердцу, ведь я семь лет учился у Наталии Шаховской в Академии королевы Софии в Мадриде. Она открыла для меня Россию, научила меня любить русскую музыку. И когда я приезжаю в Россию, я очень счастлив.

 

 


КЛАРНЕТИСТ ПАСКАЛЬ МОРАГЕС

Музыкальный язык – это международный язык. Музыкантам совсем не обязательно быть знакомыми, потому что музыка говорит сама за себя. И чувства в ней заложены. Слушаешь человека, говоришь о музыке, а главное – слушаешь то, что он хочет сказать в музыке. И вас этот человек понимает, потому что вы говорите на одном языке. Это свойственно музыке.

Конечно, есть традиции, которые сближают, определённое музыкальное воспитание и воспитание вообще. Но поскольку это индивидуум, то и общие моменты всегда разные. Вот поэтому и репетируют. Это нужно для того, чтобы понять язык другого. А он поймёт ваш язык. И тогда можно найти общий путь, ведущий к тому результату, который будет понятен публике.

В 1995 году у меня был потрясающе интересный и волнующий опыт общения со Святославом Рихтером. Мы не только сыграли с ним концерт, но и записали диск с моим Квинтетом Морагес. В музыке это феноменальная фигура. Я тогда был очень молод, и это был невероятный шанс оказаться рядом с такой личностью. Вообще-то я сначала боялся, потому что у него была репутация человека сурового. Что он сделает? Да он просто нас съест! Но на самом деле вовсе нет.

Он был человеком несколько сдержанным, но невероятно благородным и великодушным. Это было немыслимо. Он был таким простым и естественным, и очень трогательным. Он пригласил меня в Москве к себе домой. Мы там обедали вместе с его окружением, и всё было просто и естественно, без всякой напыщенности. И на репетициях тоже.

У него всегда была своя концепция. А когда ты молод, то очень трудно ощущать себя перед господином Рихтером. Но он был абсолютно открыт. И если он что-то предлагал, мы исполняли соответственно. Он вовсе не был авторитарным. Это незабываемое воспоминание.


 ПИАНИСТ ДЕНИС КОЖУХИН

Это уже шестое моё выступление на фестивале. Я приезжаю сюда семь лет подряд. Я только один раз пропустил, когда три года назад в это же время у меня родился сын. Поэтому пришлось извиниться и сказать, что надо быть с семьёй. Я нигде не чувствую такого прилива сил, как здесь.

В этом году получилось так, что я приехал после отпуска. Но обычно я приезжаю усталый. И как только я сажусь за рояль, усталость будто рукой снимает.

Я обожаю камерную музыку. Пианист – профессия одиночки. В основном у меня сольные концерты или выступления с оркестром. А здесь – десять дней встреч и общения с друзьями.

И, знаете, вот что удивительно. Ты вроде бы не видел людей уже год, все много работали, в жизни произошло столько нового, у кого-то дети появились. Но ощущение такое, будто расстались только вчера. Мне кажется, у музыкантов немножко другое ощущение времени.


 СКРИПАЧ РЕНО КАПЮСОН

О, Иерусалим – это экстраординарный город. Его свет, его тишина и спокойствие… Может быть, это парадоксально, но здесь ощущается и напряжение, и в то же время спокойствие. Это место очень вдохновляет.

По жизни много ездишь и гастролируешь, а здесь можно спокойно послушать коллег. Мне посчастливилось услышать Октет Шуберта, который был исполнен с невероятной тонкостью, венской тонкостью.

 

 


ВИОЛОНЧЕЛИСТ ЭДГАР МОРО

Мы довольно много репетировали: утром, днём. Причём надо было репетировать и Равеля, и Брамса, и Шумана. Это, я бы сказал, довольно спортивное занятие.

Ну, играть здесь вообще интересно. Все личности разные, и поколения разные. Это и 30, и 40, и 50, и 60 лет. Мой педагог Франс Хельмерсон также играет здесь. И все мы всё время друг друга слушаем. Это замечательно.

Атмосфера очень дружеская и музыкальная. Это удовольствие – слушать коллег. Знаете, музыкант, если он солист, проводит много времени один: путешествует большую часть времени, даёт сольные концерты. А тут – такой шанс встретиться на фестивале всем вместе! Это редкий случай, и его надо использовать по максимуму.

Публика здесь рафинированная. Она очень интересуется музыкой. Но в каждой стране своя особая публика. Реакция везде разная. В Южной Америке невероятно молодая публика: кричат, едят в процессе исполнения. В Германии и Швейцарии – очень сдержанная. А русскую публику я нахожу очень тёплой, экспрессивной и знающей. И мне она очень нравится.

/фото с сайта фестиваля  http://jcmf.org.il/